десять секунд загрузки - все, началась игра: ты не вполне царевич, ты не совсем дурак, нету меча с кольчугой, только рюкзак и нож, топай иди по квесту, что-нибудь сам найдешь. тот, кто тебя придумал, явно был не эксперт: лучше побольше статов кинул бы в интеллект, лучше б побольше бабок выдал на первый срок, катится твой клубочек, прямо, наискосок. возле норфолка слышатся залпы, слон ганнибала прет через альпы, робин дает поправку на ветер, целится долго. ты не герой, но ты и не непись, рвутся драконы в майское небо, конь твой стальной стоит у перрона, скоро в дорогу. трусом ты сроду не был, не был и смельчаком, где-то живет царевна, может, недалеко? по тридевятым царствам, по тридесятым снам катится твой клубочек, мчится твоя весна. серые волки смотрят: эй, подойди, погладь! возле кривой осины, верно, закопан клад. ради благого дела - можно и дураком... слышишь, не спи, царевна, выгляни на балкон! век на изломе, солнце в зените, ткут пауки прозрачные нити, у горизонта пляшут канкан воздушные змеи. каждый из нас мечтает о чуде, делай что должен, будет что будет, миру нужны не только герои, миру - виднее. |
|||
wolfox, 20.05.2010 |
Записи с темой: СтиХи, стИхи (20)
воскресенье, 20 мая 2012
Creativity! To victory! Toy Soldiers Unite!
воскресенье, 06 мая 2012
Creativity! To victory! Toy Soldiers Unite!
маленький мальчик гулял по прогнившей крыше, смотрит - там мелом начерчены круг и крест. девочка, девочка, гроб подъезжает ближе, девочка, девочка, он у твоих дверей. черная простыня, ледяные пальцы, маленький талисман, что хранит от бед. не наступай на трещины на асфальте: вдруг, наступив, ты сломаешь себе хребет? город запомнил охапки чужих историй, кто их не слышал - тот многого не узнал. небыли, жути, страшилки, приметы горя... я расскажу тебе про Ночной Канал |
|||
wolfox, 02.05.2012 |
пятница, 16 марта 2012
Creativity! To victory! Toy Soldiers Unite!
У меня маленькая радость — «Письма одного королевства» пришли. Куда раньше, чем ожидалось, надо отметить.
Как раз сегодня с утра вспоминал. И вчера. И позавчера.

Кстати. Я заказывал на одну книгу больше, так что — у меня есть одна лишняя. Кому? Цена вопроса прежняя, 220 рублей.
Как раз сегодня с утра вспоминал. И вчера. И позавчера.

Кстати. Я заказывал на одну книгу больше, так что — у меня есть одна лишняя. Кому? Цена вопроса прежняя, 220 рублей.
вторник, 13 марта 2012
Creativity! To victory! Toy Soldiers Unite!
Поздним утром у колодца охладить босые ноги, отряхнуться — лепестками, оглядеться — все весна. Солнце всходит за спиною, а заходит за стеною, между сном и горизонтом вечно тянется стена. Ледяной водой умыться (тянет скулы, ломит зубы), вот на крышах заискрилась ожерельями слюда... «Там живут стальные звери, молчаливы и разумны, там ползут стальные змеи, что зовутся — поезда. Там огромные машины, там дворцы за облаками, там огонь из полых трубок и тепло подземных рек. Там могучий император, он — железо, медь и камень, там берут живое сердце — прячут в клетку в серебре». Рельсы стягивает в кольца, развернулись — и по новой, называется — граница, или просто Тихий Край. Солнце всходит за стеною, а заходит за спиною, кладка каменных узоров, в глубине таится мрак. Станционный красный домик, небо — голубая книга, дымом вычерчены буквы, ждут касания руки. «Там ночами меж деревьев бродят ездовые тигры, а тропинки разноцветьем осеняют светлячки. Там волшебные кристаллы, там загадочные метки, колокольчики, озера, зов, таящийся в груди. Там бессмертный император, тот, что знает все на свете, там клинок бросают в лаву — он выходит невредим». На закат — стучат колеса, завораживая ритмом, на восток — зеленой плетью по крыльцу вползает сныть. Где-то там — не дотянуться, не прорваться, не докрикнуть... ...солнце всходит и заходит. Нету никакой стены. |
|||
wolfox, 13.03.2012 |
суббота, 21 января 2012
Creativity! To victory! Toy Soldiers Unite!
А у wolfox, которую я здесь неоднократно цитировал, оказывается, выходит книжка со стихами.

Собственно, буду заказывать. Если есть желающие из Екатеринбурга — присоединяйтесь до конца следующей недели. Цена 220 рублей вместе с доставкой.
UPD: точно больше никому не нужно? Завтра вечером буду, собственно, заказывать.
Собственно, буду заказывать. Если есть желающие из Екатеринбурга — присоединяйтесь до конца следующей недели. Цена 220 рублей вместе с доставкой.
UPD: точно больше никому не нужно? Завтра вечером буду, собственно, заказывать.
суббота, 24 декабря 2011
Creativity! To victory! Toy Soldiers Unite!
"засыпай, мой юный Мио, мой светлый рыцарь, будет ясной и счастливой твоя судьба. лунный князь на звездно-блещущей колеснице заливает реку топлива в млечный бак. ночь-ткачиха раскидала по крышам пряжу, бродят кошки по карнизам, по темноте. засыпай, мой юный Мио, расти отважным, благородным, смелым, сильным, как твой отец." за окном - гирлянды, елки, завалы снега. лампы свет едва дотронулся до лица. тетя Джейн - не мама, мама давно на небе, тетя Джейн... ну, просто тетя - жена отца. слово "мачеха" колючее, будто хвоя, тетя Джейн - совсем не злая, беда не в ней. просто их с отцом - без тети - осталось двое, а отец - он далеко, на своей войне. тетя Джейн приходит, сказки читает Мику, подтыкает одеяло на добрый сон. говорит про храбрых рыцарей, флаги, пики, про принцесс, про башни замков и тишь лесов. из столовой прилетел шоколадный запах, голос тети, хруст простынок, скрипучий стул. Мику что принцессы? он бы хотел, как папа - рассекать стальными крыльями высоту. эти рыцари - давно уже устарели, кто теперь играет в них? дураки одни. только тетю жалко, пусть уж... Мик сонно дремлет, вдалеке горит звезда и его манит. тетя Джейн дочтет рассказ до седьмой страницы, осторожно поцелует, уйдет наверх. затихает шум на улице. Мику снится - он идет во тьме, и вдруг - зажигают свет. Мику снится, будто рыцарь он - есть доспехи, солнце ярко отражается на броне. облака-барашки хвастают белым мехом, все так просто - как случается лишь во сне. конь под Миком - верный, быстрый и полный силы, щит у Мика - два грифона на серебре. Мик глядит вперед - и конь расправляет крылья, и взлетает выше... ...выстрелов четкий треск. Мик соображает быстро - война! засада! в небе вражеские птицы - оскал клыков. Мик уже как будто вместе - и конь, и всадник, и лететь ему уверенно и легко. светит огненная пика в его ладони, вот замах - бросок - пике - и еще замах... в крыльях вихри завывают, поют и стонут, расползается на клочья густой туман. бой идет, по стали молнии хлещут плетью, разлетаются осколками в синеве... "здравствуй, рыцарь поднебесья" - смеется ветер. голос папы... папа? папа! окно. рассвет. мандарины, чай, корица и ветки ели; вырастая, забываем иные сны... новый год придет на следующей неделе. через месяц объявленье: конец войны. вырастая, разучаемся просто верить, получаем - шрамы, опыт, врагов, загар. Микаэль зовет дракона "бродягой", "зверем", даже в отпуск он приходит к нему в ангар. полирует чешую, хоть ворча - с заботой, говорит ему "не кисни и не болей"... Микаэль спиной прижался к стальному боку, от драконьего дыханья рукам теплей. разве важно, что сейчас Микаэлю снится? разве важно, кто приходит к нему во сне? "засыпай, мой юный Мио, мой светлый рыцарь. завтра выпадет пушистый и мягкий снег." |
|||
wolfox, 22.12.2011 |
четверг, 15 декабря 2011
Creativity! To victory! Toy Soldiers Unite!
А между тем, стихи wolfox положили на музыку. Поёт eglaine.
Была замечена странная особенность: при открытии текста, спрятанного под MORE, плеер в записи загружается заново и, соответственно, сбрасывает воспроизведение, если оно было включено. Аккуратнее.
Получилось очень красиво. Очень напомнило первые попавшие ко мне записи «ролевых исполнителей» — и это, безусловно, положительный эпитет.
Хочу услышать в таком исполнении некоторые стихи из стимпанкового цикла.
UPD: я позволил себе несколько отредактировать записи, увеличив громкость и чуть-чуть поправив звучание. Плееры с оригинальными треками перемещены сюда
Была замечена странная особенность: при открытии текста, спрятанного под MORE, плеер в записи загружается заново и, соответственно, сбрасывает воспроизведение, если оно было включено. Аккуратнее.
«вращает холи символ как плюсованный кистень (c)»
«но в припеве говорится совсем о другом (с)»
Получилось очень красиво. Очень напомнило первые попавшие ко мне записи «ролевых исполнителей» — и это, безусловно, положительный эпитет.
Хочу услышать в таком исполнении некоторые стихи из стимпанкового цикла.
UPD: я позволил себе несколько отредактировать записи, увеличив громкость и чуть-чуть поправив звучание. Плееры с оригинальными треками перемещены сюда
четверг, 13 октября 2011
Creativity! To victory! Toy Soldiers Unite!
Из «quarry bush» напиток
Забыт давным-давно.
А был он крепче водки,
И пах он как говно.
Его там гнали бочками
И пили всей семьей
Малютки-самогонщики
В пещерах под землей.
Пришел король эльфийский,
Безжалостный к врагам,
Погнал он бедных дварфов
К скалистым берегам.
И там, в тайге зловещей,
Там, где ужасный лес,
Пожрали их всех карпы.
Истории — конец.
Я расскажу вам кое-что о дварфах — они не такие, как мы. Мы просыпаемся, принимаем душ, одеваемся, идем на работу, и иногда, пока мы это делаем, нам на ум приходят идеи. «Я должен написать поваренную книгу, посвященную гранатам», думаем мы, затем выходим из душа, вытираемся, и книга остается ненаписанной. «Я должен создать мозаику, посвященную Цусимскому сражению», думаем мы, а потом практически всегда приходим на автобусную остановку, и жизнь идет своим чередом.
Дварфы не такие. У них есть личная жизнь, и работа, как у нас, и, как и нам, им приходят в голову нормальные идеи, которым не суждено осуществится, но иногда — достаточно часто для того, чтобы иметь для их описания пять разных слов, которые можно грубо перевести как «Тронутый», — дварфам приходит в голову особенно сильная идея, которая одолевает его. «Я напишу поваренную книгу о гранатах», — думает дварф, — и обложка будет сделана из гранатовой кожуры, и чернила будут сделаны из гранатового сока, а страницы будут сделаны из тончайшего папируса, и переплетены они будут одной золотой нитью. Называться книга будет „Сбитая ягода“».
Коллеги дварфа спросят его: «Эй, Араст, почему ты перестал ковать?», Араст же, послав их нахер, зайдет в ближайший продуктовый магазин, вышвырнет всех оттуда и следующие девять часов проведет, перебирая плоды в поисках лучшего материала для книги. Одним словом, дварфы.
Эта история о двух дварфах из крепости Бекемлогем — «Цвет Весны». Один из них стал легендой, другой умер от голода в забвении. Первого звали Ниш Оддомшетбøф, второго — Урист Кöбукринал.
Бекемлогем — необычная крепость, которая была построена посреди болота.
Взято здесь. Да, я играю в Dwarf Fortress.
Забыт давным-давно.
А был он крепче водки,
И пах он как говно.
Его там гнали бочками
И пили всей семьей
Малютки-самогонщики
В пещерах под землей.
Пришел король эльфийский,
Безжалостный к врагам,
Погнал он бедных дварфов
К скалистым берегам.
И там, в тайге зловещей,
Там, где ужасный лес,
Пожрали их всех карпы.
Истории — конец.
Я расскажу вам кое-что о дварфах...
Я расскажу вам кое-что о дварфах — они не такие, как мы. Мы просыпаемся, принимаем душ, одеваемся, идем на работу, и иногда, пока мы это делаем, нам на ум приходят идеи. «Я должен написать поваренную книгу, посвященную гранатам», думаем мы, затем выходим из душа, вытираемся, и книга остается ненаписанной. «Я должен создать мозаику, посвященную Цусимскому сражению», думаем мы, а потом практически всегда приходим на автобусную остановку, и жизнь идет своим чередом.
Дварфы не такие. У них есть личная жизнь, и работа, как у нас, и, как и нам, им приходят в голову нормальные идеи, которым не суждено осуществится, но иногда — достаточно часто для того, чтобы иметь для их описания пять разных слов, которые можно грубо перевести как «Тронутый», — дварфам приходит в голову особенно сильная идея, которая одолевает его. «Я напишу поваренную книгу о гранатах», — думает дварф, — и обложка будет сделана из гранатовой кожуры, и чернила будут сделаны из гранатового сока, а страницы будут сделаны из тончайшего папируса, и переплетены они будут одной золотой нитью. Называться книга будет „Сбитая ягода“».
Коллеги дварфа спросят его: «Эй, Араст, почему ты перестал ковать?», Араст же, послав их нахер, зайдет в ближайший продуктовый магазин, вышвырнет всех оттуда и следующие девять часов проведет, перебирая плоды в поисках лучшего материала для книги. Одним словом, дварфы.
Эта история о двух дварфах из крепости Бекемлогем — «Цвет Весны». Один из них стал легендой, другой умер от голода в забвении. Первого звали Ниш Оддомшетбøф, второго — Урист Кöбукринал.
Бекемлогем — необычная крепость, которая была построена посреди болота.
Взято здесь. Да, я играю в Dwarf Fortress.
суббота, 20 августа 2011
Creativity! To victory! Toy Soldiers Unite!
листья под ногами - колко, обуваться - неохота,
в километре от поселка начинается болото.
средь осоки и осота дремлют ящерки и жабы,
ежедневно над болотом пролетает дирижабль.
желтым пузом лягушачьим задевает край заката,
в те края, где что-то значит слово, данное когда-то,
в те края, где башни выше, где не тихо и не сонно,
где на плоских рыжих крышах спят огромные драконы.
в километре от поселка - жабы, лужи, куст малины.
возвращаться можно долго, пятками цепляя глину,
позже, ночью, до рассвета, молчаливо и упорно,
клеить крылья из газеты, что приходит каждый вторник.
прыгнуть с яблони - порвутся - рейки надо бы покрепче,
сон забудется наутро, но припомнится под вечер.
пусть родители ругают. как бы дома ни держали -
снова листья под ногами, ожиданье дирижабля.
снова мысли о полетах, о загадках, о драконах,
о лесах, где шепчут клены, о лугах, где бродят кони,
хоть бы цирк прошел бродячий, может быть, тебя бы взяли!
дирижабль уходит дальше, в нерассказанные дали.
нитка рвется там, где тонко, знамя вьется там, где ветер,
собирай свою котомку, просыпайся до рассвета.
будут мчаться дни в дороге, будут годы обученья,
будут радости, тревоги, ожиданья, огорченья.
будет злость - "опять не вышло" и мозоли на ладонях.
будут солнечные крыши, медь свернувшихся драконов.
ряд машин в стальных заплатах, спицы крыльев - словно жала,
третий класс туда-обратно - твой билет на дирижабль.
спи!... все будет. время терпит, время "икс" еще настанет,
утро небо красит серым, неумелыми мазками.
твой рассвет шагает споро, в сентябре тепло и сухо,
дирижабль грезит морем, плавником под желтым брюхом.
в километре от поселка начинается болото.
средь осоки и осота дремлют ящерки и жабы,
ежедневно над болотом пролетает дирижабль.
желтым пузом лягушачьим задевает край заката,
в те края, где что-то значит слово, данное когда-то,
в те края, где башни выше, где не тихо и не сонно,
где на плоских рыжих крышах спят огромные драконы.
в километре от поселка - жабы, лужи, куст малины.
возвращаться можно долго, пятками цепляя глину,
позже, ночью, до рассвета, молчаливо и упорно,
клеить крылья из газеты, что приходит каждый вторник.
прыгнуть с яблони - порвутся - рейки надо бы покрепче,
сон забудется наутро, но припомнится под вечер.
пусть родители ругают. как бы дома ни держали -
снова листья под ногами, ожиданье дирижабля.
снова мысли о полетах, о загадках, о драконах,
о лесах, где шепчут клены, о лугах, где бродят кони,
хоть бы цирк прошел бродячий, может быть, тебя бы взяли!
дирижабль уходит дальше, в нерассказанные дали.
нитка рвется там, где тонко, знамя вьется там, где ветер,
собирай свою котомку, просыпайся до рассвета.
будут мчаться дни в дороге, будут годы обученья,
будут радости, тревоги, ожиданья, огорченья.
будет злость - "опять не вышло" и мозоли на ладонях.
будут солнечные крыши, медь свернувшихся драконов.
ряд машин в стальных заплатах, спицы крыльев - словно жала,
третий класс туда-обратно - твой билет на дирижабль.
спи!... все будет. время терпит, время "икс" еще настанет,
утро небо красит серым, неумелыми мазками.
твой рассвет шагает споро, в сентябре тепло и сухо,
дирижабль грезит морем, плавником под желтым брюхом.
wolfox
19.08.2011
19.08.2011
пятница, 29 июля 2011
Creativity! To victory! Toy Soldiers Unite!
Бывает так, что мозг – обуза.
И здравой мысли супротив,
Вместо писателя и музы,
Имеем бред и креатив…
И здравой мысли супротив,
Вместо писателя и музы,
Имеем бред и креатив…
среда, 29 июня 2011
Creativity! To victory! Toy Soldiers Unite!
28.05.2011 в 21:14
Пишет паутень:Замри, не шевелись и не дыши,
Ты помнишь, за тобою малыши,
Ты видишь тех, кто в эту ночь
Не против утащить кого-то прочь.
Дыханье тьмы, смедит их пасть,
Как тяжело в поклоне не припасть
Дрожа от ужаса, к когтистым их ногам,
Но помни - дети... Темным не отдам!
Шипенье, клекот, рев, безумный бег,
Уйди с дороги, ты мешаешь, человек!
Ну кто опять всю ночь орет над ухом?!
Да успокойся, кот опять гоняет духов.
URL записиТы помнишь, за тобою малыши,
Ты видишь тех, кто в эту ночь
Не против утащить кого-то прочь.
Дыханье тьмы, смедит их пасть,
Как тяжело в поклоне не припасть
Дрожа от ужаса, к когтистым их ногам,
Но помни - дети... Темным не отдам!
Шипенье, клекот, рев, безумный бег,
Уйди с дороги, ты мешаешь, человек!
Ну кто опять всю ночь орет над ухом?!
Да успокойся, кот опять гоняет духов.
среда, 15 июня 2011
Creativity! To victory! Toy Soldiers Unite!
один на заводе, в цеху, работал - привык уж, наверное, лет с восьми.
навырост рубашка, штаны и боты, да рваная кепка, да горький жмых.
по виду тринадцать, а может, меньше - кто их разберет, босоту и голь,
он сам-то не помнит свой день рожденья, и жизни не знает совсем другой.
другой жил в пристройке, почти на крыше - каморка три-на-три, кровать и стол,
был летчик когда-то, весь был да вышел, на хлипкую пенсию, вишь, ушел.
в груди шестеренки, хребет из стали, как лопасти выгнуты позвонки -
врачи починили, но не летает. и хлещет вишневку с глухой тоски.
они познакомились так, случайно, нетрезвым был Карл, а Малыш скучал,
и был разговор с бледно-желтым чаем, о небе, о солнце и о лучах,
о летчиках, крыльях, о красной краске (чтоб на фюзеляже была - звезда)...
и тронулась с места слепая сказка, но двинулась вовсе уж не туда.
Малыш на заводе заклепки тырил, а Карл экономил на сухарях,
скрываясь от всех контрразведок мира, соседям ни слова не говоря,
они собирали его три года - в заброшенном складе, брезентом скрыв,
и вот, наконец-то - рассвет, погода практически летная, старт игры.
вот катится с горки шальная сказка, грохочет колесами, пар плюет,
кому-то тропа - скоростная трасса, кому-то ореховый прут - копье.
летит самолетик, летит все выше, крылом распахав чудеса и быль,
за смог и туман, за иные крыши, на поиск нездешней, чужой судьбы.
кому-то и небо - трава под ноги, кому-то - дорога за облака,
и пусть их хранят молодые боги - в кожанках и в летных глухих очках.
...и, рот распахнув, изумленным взглядом за этим полетом следит с земли
бродяга по прозвищу Принц. а рядом лежит механический теплый Лис.
Взято у Elghinn отсюда.
навырост рубашка, штаны и боты, да рваная кепка, да горький жмых.
по виду тринадцать, а может, меньше - кто их разберет, босоту и голь,
он сам-то не помнит свой день рожденья, и жизни не знает совсем другой.
другой жил в пристройке, почти на крыше - каморка три-на-три, кровать и стол,
был летчик когда-то, весь был да вышел, на хлипкую пенсию, вишь, ушел.
в груди шестеренки, хребет из стали, как лопасти выгнуты позвонки -
врачи починили, но не летает. и хлещет вишневку с глухой тоски.
они познакомились так, случайно, нетрезвым был Карл, а Малыш скучал,
и был разговор с бледно-желтым чаем, о небе, о солнце и о лучах,
о летчиках, крыльях, о красной краске (чтоб на фюзеляже была - звезда)...
и тронулась с места слепая сказка, но двинулась вовсе уж не туда.
Малыш на заводе заклепки тырил, а Карл экономил на сухарях,
скрываясь от всех контрразведок мира, соседям ни слова не говоря,
они собирали его три года - в заброшенном складе, брезентом скрыв,
и вот, наконец-то - рассвет, погода практически летная, старт игры.
вот катится с горки шальная сказка, грохочет колесами, пар плюет,
кому-то тропа - скоростная трасса, кому-то ореховый прут - копье.
летит самолетик, летит все выше, крылом распахав чудеса и быль,
за смог и туман, за иные крыши, на поиск нездешней, чужой судьбы.
кому-то и небо - трава под ноги, кому-то - дорога за облака,
и пусть их хранят молодые боги - в кожанках и в летных глухих очках.
...и, рот распахнув, изумленным взглядом за этим полетом следит с земли
бродяга по прозвищу Принц. а рядом лежит механический теплый Лис.
wolffox
01.06.2011
01.06.2011
Взято у Elghinn отсюда.
среда, 08 июня 2011
Creativity! To victory! Toy Soldiers Unite!
03.06.2011 в 13:43
Пишет Тай Вэрден:Ангел снимает нимб в дверях и идет готовить ужин.
Демон, ругаясь вполголоса, моет белые перья.
В окна стучится дождь, ветер листвою кружит.
Демон, вздыхая, раскладывает крылья на батарее.
Ангел гремит кастрюлями, спрашивает: «Хлеб закончился?»,
Демон надевает куртку и смотрит на дождь с опаскою.
Ангел выходит в прихожую, его лицо заключает в ладони.
«Не надо, проживем и без хлеба», - и улыбается ласково.
Вечер в квартире, в гостиной шумит телевизор.
Демон пьет кофе, ангел – зеленый чай.
Капли дождя отбивают марш по карнизу.
Демон коснется руки – конечно же, невзначай…
И вот так день за днем и год за годом.
И кому же от этого право, становится хуже?
В окна стучится осенняя непогода,
Ангел снимает нимб в дверях и идет готовить ужин.
URL записиДемон, ругаясь вполголоса, моет белые перья.
В окна стучится дождь, ветер листвою кружит.
Демон, вздыхая, раскладывает крылья на батарее.
Ангел гремит кастрюлями, спрашивает: «Хлеб закончился?»,
Демон надевает куртку и смотрит на дождь с опаскою.
Ангел выходит в прихожую, его лицо заключает в ладони.
«Не надо, проживем и без хлеба», - и улыбается ласково.
Вечер в квартире, в гостиной шумит телевизор.
Демон пьет кофе, ангел – зеленый чай.
Капли дождя отбивают марш по карнизу.
Демон коснется руки – конечно же, невзначай…
И вот так день за днем и год за годом.
И кому же от этого право, становится хуже?
В окна стучится осенняя непогода,
Ангел снимает нимб в дверях и идет готовить ужин.
вторник, 10 мая 2011
Creativity! To victory! Toy Soldiers Unite!
10.05.2011 в 03:45
Пишет ingadar:До того-то света – подать рукой, это этот – незрима цель. Я убит на этой – бог весть, какой… Расскажи, что мой город цел. Так себе на карте – тыщ восемьсот, и еще пара сотен лет – за которые было примерно все, что случается на земле – где смеются насмерть, пьют во весь дух, и безумствует всяка плоть, и десятка праведных – даже двух – днем с огнем не найдет Господь. Что там было нам вменено в любовь не припомнить с тех берегов – я с трудом найду о нем добрых слов, кроме знания - я – его – как трава, как камень, как соль земли… Вечным окликом сего дня: что его по камешку – из руин – долюбили и без меня.
Здешним детям снятся дрянные сны, как сквозь камень растут века. И еще скажи – никакой войны – я отвечу тебе: пока. Темен и непрочен мир не иной, где мы строили этот дом, а вышней справедливости – и земной – есть, кого назначать в Содом. Что поделать – слеп человек и слаб, жрет еду, выдает дерьмо – и к тому ж все время тянется в штаб – хоть небесный. Ладно, в земной. Рассуждать, где истина и что свет, и кто соль там, кто сор земли, а десятка праведных – нет, как нет – значит, стройся и целься – пли! И как они кольцом – мы спиной к спине, где святым не бывать, увы. Я давно убит на этой войне – скучным, годным и рядовым –
тем, кого земля из последних сил вновь рожает – расти, дышать… И не то, чтоб этого я просил, да хрен тут денешься с рубежа, где подкрепленья, как водится, не дошли – и не надейся, не пощадят – чтоб не всех детей этой злой земли небо крыло по площадям. Зол, дурен и слаб – а другого нет – в этом выборе день за днем.
Я давно убит на этой войне.
Знаешь – мы никогда не умрем.
URL записиЗдешним детям снятся дрянные сны, как сквозь камень растут века. И еще скажи – никакой войны – я отвечу тебе: пока. Темен и непрочен мир не иной, где мы строили этот дом, а вышней справедливости – и земной – есть, кого назначать в Содом. Что поделать – слеп человек и слаб, жрет еду, выдает дерьмо – и к тому ж все время тянется в штаб – хоть небесный. Ладно, в земной. Рассуждать, где истина и что свет, и кто соль там, кто сор земли, а десятка праведных – нет, как нет – значит, стройся и целься – пли! И как они кольцом – мы спиной к спине, где святым не бывать, увы. Я давно убит на этой войне – скучным, годным и рядовым –
тем, кого земля из последних сил вновь рожает – расти, дышать… И не то, чтоб этого я просил, да хрен тут денешься с рубежа, где подкрепленья, как водится, не дошли – и не надейся, не пощадят – чтоб не всех детей этой злой земли небо крыло по площадям. Зол, дурен и слаб – а другого нет – в этом выборе день за днем.
Я давно убит на этой войне.
Знаешь – мы никогда не умрем.
Взято у ~Sheogorath~ отсюда.
четверг, 28 апреля 2011
Creativity! To victory! Toy Soldiers Unite!
'Twas brillig, and the slithy toves
Did gyre and gimble in the wabe;
All mimsy were the borogoves,
And the mome raths outgrabe.
«Beware the Jabberwock, my son!..
среда, 13 апреля 2011
Creativity! To victory! Toy Soldiers Unite!
Спи, а я тебе расскажу
Про серого волка из Анжу.
Когда ноябрь сковал серое небо
И запер его ветвями черных деревьев,
Когда холода опустились на темную землю,
Когда леса ожидают суровую зиму,
Из леса выходит волк с золотыми глазами,
Из леса выходит волк, и подходит к церкви,
Из леса выходит волк, и идет к колокольне,
И тяжкий колокол трогает серою лапой.
А вслед за ним из чащи выходят звери,
Встают в отдаленьи, потом подбираются ближе,
У церкви стоят, и глядят молчаливо и строго,
И слушают тихий ноябрьский звон и шелест.
Волк из Анжу, волк с золотыми глазами,
Качает колокол, как колыбельку, лапой,
И звери окрестных лесов собираются к церкви,
И смотрит лесная паства на колокольню.
Волк из Анжу, волк с золотыми глазами,
Служит до утра за всех зверей убиенных,
И ни один человек из живущих в округе
Выйти не вздумает этой ночью из дома.
Колокола не поют под волчьею лапой,
Палой листвой шелестят, ледяной брусникой,
Сухо и строго шуршат до тьмы предрассветной.
На колокольне волк с золотыми глазами.
Тянется ночь, безмолвная, как молитва
Серых волчат за убиенную матерь,
Бурых лисиц за пропавших сестер и братьев,
Звери стоят во тьме и глотают слезы.
Перед рассветом волк уходит обратно,
Чтобы вернуться в день святого Филиппа.
Про серого волка из Анжу.
Когда ноябрь сковал серое небо
И запер его ветвями черных деревьев,
Когда холода опустились на темную землю,
Когда леса ожидают суровую зиму,
Из леса выходит волк с золотыми глазами,
Из леса выходит волк, и подходит к церкви,
Из леса выходит волк, и идет к колокольне,
И тяжкий колокол трогает серою лапой.
А вслед за ним из чащи выходят звери,
Встают в отдаленьи, потом подбираются ближе,
У церкви стоят, и глядят молчаливо и строго,
И слушают тихий ноябрьский звон и шелест.
Волк из Анжу, волк с золотыми глазами,
Качает колокол, как колыбельку, лапой,
И звери окрестных лесов собираются к церкви,
И смотрит лесная паства на колокольню.
Волк из Анжу, волк с золотыми глазами,
Служит до утра за всех зверей убиенных,
И ни один человек из живущих в округе
Выйти не вздумает этой ночью из дома.
Колокола не поют под волчьею лапой,
Палой листвой шелестят, ледяной брусникой,
Сухо и строго шуршат до тьмы предрассветной.
На колокольне волк с золотыми глазами.
Тянется ночь, безмолвная, как молитва
Серых волчат за убиенную матерь,
Бурых лисиц за пропавших сестер и братьев,
Звери стоят во тьме и глотают слезы.
Перед рассветом волк уходит обратно,
Чтобы вернуться в день святого Филиппа.
Тикки Шельен,
ноябрь 2оо6
ноябрь 2оо6
понедельник, 14 марта 2011
Creativity! To victory! Toy Soldiers Unite!
14.03.2011 в 13:04
Пишет Осколки чужих мыслей:мы остались одни. кроме нас - только крысы и грязь,
нету птиц в небесах, нету рыб в маслянистых канавах.
нас немного - всего лишь один поредевший отряд,
а враги зажимают нас в клещи и слева, и справа.
мы остались одни на границе с неведомым злом,
(тараканы - и те передохли, а может, сбежали)
враг сбивается в стаи, враг лезет из дальних болот,
у врагов - темно-серые крылья и длинные жала.
я не знаю, откуда они - может, сверху, с луны,
может, снизу - сидели в пещерах и ждали момента.
зуб даю, каждый третий из нас не увидит весны,
мы остались одни... и возможно - на целой планете.
солнце больше не светит, а ночью и звезд не видать,
мир вокруг заржавел и притих, и как будто бы вымер.
впрочем, есть еще крысы, консервы, сухпай и вода,
постараемся сколько-нибудь продержаться живыми.
сны о кошках, о мячиках, и - иногда - о волках...
люди скоро вернутся за нами. а как же иначе?
мне досталась от папы подпалая шерсть на боках,
я на четверть овчарка - и это чего-то да значит.
(с) wolfox
URL записинету птиц в небесах, нету рыб в маслянистых канавах.
нас немного - всего лишь один поредевший отряд,
а враги зажимают нас в клещи и слева, и справа.
мы остались одни на границе с неведомым злом,
(тараканы - и те передохли, а может, сбежали)
враг сбивается в стаи, враг лезет из дальних болот,
у врагов - темно-серые крылья и длинные жала.
я не знаю, откуда они - может, сверху, с луны,
может, снизу - сидели в пещерах и ждали момента.
зуб даю, каждый третий из нас не увидит весны,
мы остались одни... и возможно - на целой планете.
солнце больше не светит, а ночью и звезд не видать,
мир вокруг заржавел и притих, и как будто бы вымер.
впрочем, есть еще крысы, консервы, сухпай и вода,
постараемся сколько-нибудь продержаться живыми.
сны о кошках, о мячиках, и - иногда - о волках...
люди скоро вернутся за нами. а как же иначе?
мне досталась от папы подпалая шерсть на боках,
я на четверть овчарка - и это чего-то да значит.
(с) wolfox
суббота, 20 ноября 2010
Creativity! To victory! Toy Soldiers Unite!
среда, 23 июня 2010
Creativity! To victory! Toy Soldiers Unite!
23.06.2010 в 17:53
Пишет Сатори Ивадзику:Крысолов. Шаг за шагом. Бормоталка.
Ну что ж ты медлишь? Флейту - к губам. Иди! Покуда тысячи лапок шуршат в тени, все те, кто нынче детей баюкают у груди, не поминают участь гаммельнской ребятни. Почти треть века сгладилось с той поры, как избавитель с города взял за труд - свидетели-очевидцы, что пыль стары. А крысоловы... Сколько они живут?! И только стылый ветер в лицо с реки, да тот мотив, который тобой ведом, напомнят как печатал свои шажки, в одной рубашке тёплый покинув дом. Учитель был ваш сумрачен, но не зол; пусть поначалу в плаче кривились рты, а ты б и доброй волей за ним пошёл, поскольку выбора нет у таких, как ты. И, комом в горле, мучаются слова, и колкость взглядов кажется лишь игрой. Сейчас не всхлипнуть - худшая из бравад, да не собьёшься - следом крысиный рой. Чумное войско будет побеждено. Виват, Легенда! Плату принять готов?
Вода ярится - в лодке пробито дно. И невозможно пальцы убрать с ладов...
URL записиНу что ж ты медлишь? Флейту - к губам. Иди! Покуда тысячи лапок шуршат в тени, все те, кто нынче детей баюкают у груди, не поминают участь гаммельнской ребятни. Почти треть века сгладилось с той поры, как избавитель с города взял за труд - свидетели-очевидцы, что пыль стары. А крысоловы... Сколько они живут?! И только стылый ветер в лицо с реки, да тот мотив, который тобой ведом, напомнят как печатал свои шажки, в одной рубашке тёплый покинув дом. Учитель был ваш сумрачен, но не зол; пусть поначалу в плаче кривились рты, а ты б и доброй волей за ним пошёл, поскольку выбора нет у таких, как ты. И, комом в горле, мучаются слова, и колкость взглядов кажется лишь игрой. Сейчас не всхлипнуть - худшая из бравад, да не собьёшься - следом крысиный рой. Чумное войско будет побеждено. Виват, Легенда! Плату принять готов?
Вода ярится - в лодке пробито дно. И невозможно пальцы убрать с ладов...
пятница, 15 января 2010
Creativity! To victory! Toy Soldiers Unite!
Ни звука, ни души — какая тишина.
На улицах темно, как будто скоро полночь,
Как будто чья-то тень легла на плечи нам
И не найти приюта, и не позвать на помощь.
Блуждая в переулках, легко сойти с ума.
Все время наугад, вслепую и наощупь.
Немые мостовые, молчащие дома,
За каждым поворотом одна и та же площадь...
Какое наважденье! Быть может это бред?
А если чья-то шутка, то явно не из лучших.
Откуда ж ощущенье, что здесь начало бед,
Начало темноты, безлюдья и беззвучья?
И чудится движенье булыжной чешуи,
Как будто там во мраке прилег гигантский ящер,
Он крыльями объял владения свои
И этот город замер в молчаньи леденящем.
И душно, и темно, ни звука, ни души —
Как в склепе. И вовек не вырваться из склепа!
Но вдруг — волшебный миг! — на помощь нам спешит
Распахнутая дверь, во тьме полоска света.
В том доме у камина лежит печальный кот.
Он знает эту сказку, поэтому печален.
Он знает, будет гость, он в комнату войдет
И зябко поведет застывшими плечами.
И очень удивится, что комната пуста.
Зачем же дверь открыта?
Зачем огонь в камине?..
На улицах темно, как будто скоро полночь,
Как будто чья-то тень легла на плечи нам
И не найти приюта, и не позвать на помощь.
Блуждая в переулках, легко сойти с ума.
Все время наугад, вслепую и наощупь.
Немые мостовые, молчащие дома,
За каждым поворотом одна и та же площадь...
Какое наважденье! Быть может это бред?
А если чья-то шутка, то явно не из лучших.
Откуда ж ощущенье, что здесь начало бед,
Начало темноты, безлюдья и беззвучья?
И чудится движенье булыжной чешуи,
Как будто там во мраке прилег гигантский ящер,
Он крыльями объял владения свои
И этот город замер в молчаньи леденящем.
И душно, и темно, ни звука, ни души —
Как в склепе. И вовек не вырваться из склепа!
Но вдруг — волшебный миг! — на помощь нам спешит
Распахнутая дверь, во тьме полоска света.
В том доме у камина лежит печальный кот.
Он знает эту сказку, поэтому печален.
Он знает, будет гость, он в комнату войдет
И зябко поведет застывшими плечами.
И очень удивится, что комната пуста.
Зачем же дверь открыта?
Зачем огонь в камине?..